Девятая неделя.

Раздел - Танго танцуют двое

Отец действительно провел с Чарли занятие, но не сам, как я предполагал, а вместе с матерью. Как выяснилось, все оказалось к лучшему. Сьюзан: Муж действительно занимался с Чарли, как вы предложили, но он не понял, в чем смысл того, чтобы наблюдать за тем, что делает Чарли. Я спросила сына, хочет ли он сказать папе, в чем состоят правила. Сначала он отказался, но я сказала, что мне этого очень хочется. Кончилось тем, что я оказалась посредником между отцом и сыном. Отец хотел возиться с красками — так он и сделал — и посадил каплю краски прямо Чарли на нос. У Чарли не хватило храбрости ответить тем же, но он предложил отцу в следующий раз самому раскраситься. Потом муж посадил красную кляксу на рисунок, который Чарли сделал совершенно синим. Чарли закрасил красное снова синим. Потом он сказал отцу, что на следующей неделе он только напрасно потеряет время, если не будет вести себя как следует — та же угроза, что я использовала по отношению к нему.

Однако, почему Сьюзан настаивала на том, чтобы Чарли объяснил отцу правила, уже после того, как Чарли сказал, что он не хочет этого делать? Почему она вдруг перестала быть чуткой к желаниям Чарли, хотя уже научилась быть такой чувствительной? Потому что она хотела, чтобы отец бросил вызов «правилам Чарли», тем самым желая оказаться посредником, арбитром; это означало, что папа и сын будут сражаться друг с другом — и, значит, против нее, поскольку она вынуждена будет принимать чью-то сторону, коль скоро она взялась регулировать власть. Она сумела увидеть это, когда ей на это указали. Так был сделан еще один шаг на пути разрушения семейного треугольника.
Ребенок, который постоянно задирал и дразнил других детей, цеплялся за маму, как репей, и болтал без конца
Третья неделя.
Четвёртая неделя.
Пятая неделя.
Шестая неделя.
Седьмая неделя.
Восьмая неделя.
Девятая неделя.
Десятая неделя.