Говорит семнадцатилетний Берри: «Моя мать не говорит, а читает лекции. Она превращает простейшую мысль в сложное исследование. Я задаю короткий вопрос, она дает мне длинный ответ. Я ее избегаю. Ее речи отнимают у меня слишком много времени. Я бы хотел, чтобы она говорила фразами и предложениями, а не абзацами и главами».
Говорит восемнадцатилетний Лерой: «Мой отец не умеет общаться с людьми. Его речь — это разговор не человека с человеком, а пункта с пунктом. Он знает все заранее. Все его высказывания категоричны. Он все раскладывает по полочкам и напоминает иностранца даже нам, его собственным детям».
Рассказывает шестнадцатилетняя Бесс: «Мой отец чувствует температуру, но не темперамент. Он совершенно не понимает чувств и настроений, не умеет читать между строк и не чувствует того, что недосказано. Он говорит длинно, не обращая внимания на то, что его уже никто не слушает, и не видит очевиднейших признаков скуки. Он никогда не замечает, что проиграл в споре. Он думает, что просто не смог объяснить свою позицию. Он говорит, но не разговаривает. Он вещает, и поучает, и доводит любой разговор до точки».
Психология насилия
