Говорит мать Ленарда:
— Я волнуюсь за сына. Он не заботится о себе. Он всегда был болезненным ребенком.
Шестнадцатилетний Ленард:
— Моя мать любит играть в доктора и придумывает мне болезни. Даже очень устав, она сразу же бежит ко мне, стоит мне только кашлянуть или почистить нос. Если я чихну в подвале, она Стремглав прибежит даже с чердака.
— Будь здоров, сынок.
— В чем дело, ты простудился?
— Дай-ка, я взгляну на тебя.
— Ты не заботишься о себе.
— Ты не должен задерживаться допоздна.
Мне до чертиков надоели шум и суматоха, которые она создает вокруг меня. Я считаю, что имею право чихать без объяснения.
Мать Энтони обижается и сердится:
— Мой сын собрался на вечеринку. Я ему сказала: «Желаю хорошо провести время, Тони, но веди себя прилично». Он посмотрел на меня так, как будто я на него напала, и холодным голосом процедил: «Не говори мне, что делать». Стало опасно говорить ему даже «привет». Неужели он думает, что я — его враг?
Пятнадцатилетний Энтони:
— Мать раздражает меня. Она смотрит на меня, как на маленького мальчика.
— Веди себя хорошо.
— Не сутулься.
— Не вытягивай ноги.
— Пользуйся салфеткой.
— Не хлебай суп.
Я хочу, чтобы она прекратила играть Эмилию Пост.
Наши беспокойства и их потребности Наши опасения и их чувства Действительно ли сосуществование возможно?
Столы - здесь: детская мебель. Мебель по индивидуальным проектам.
Психология насилия
