«Как нарочно, сын начинает верещать, едва я укладываюсь спать. Мне к восьми на работу, а он каждую ночь „концерты " дает».
«Про Олежку моя мать говорит, что он перепутал день с ночью. Днем он отсыпается, даже ест в полусне, после десяти вечера разгуливается. До двенадцати, до часу мы его попеременно качаем или разговариваем с ним, а уж потом терпение лопается: и два, и три ночи, а он все не спит. Только положишь — верещит, изгибается, на крик исходит. Я могу хоть утром поспать, но остальным же рано вставать надо — брату в институт, отцу и мужу на работу. А как отучить Олега от этого, ума не приложу?»
«Олечка часто просыпается по ночам. Кричит, плачет так жалостно, кулачки свои сжимает, ножки под-крючивает, точно болит у нее что. По два, по три часа кричит. И так каждую ночь. Пытаюсь давать ей грудь, но помогает совсем не надолго. Задремлет на несколько минут и опять заплачет».
Уже по прошествии нескольких недель пребывания дома дети вырабатывают достаточно строгий и четкий режим своей жизни. Они устанавливают для себя нормы сна, бодрствования, питания. Например, один ребенок сосет активно, потребляя необходимое ему количество пищи за один прием, просыпается точно к кормлению, а другой, наоборот, ест вяло, получает пищу не только в положенное время, но и в промежутках между кормлениями, продолжительность периодов сна неустойчива, малыш может продремать всего двадцать — тридцать минут, а может проспать очередное кормление, прихватив лишние час-полтора.
Взрослые, прежде всего мать, приспосабливаются к новому ритму жизни и достаточно легко угадывают причину плача малыша. Они могут сказать, хочет ли он есть или капризничает потому, что устал и ему пора спать, или слезы вызваны каким-либо неудобством (скоплением газов в животике, духотой в помещении, потерей пустышки). Уже по тональности, громкости, модуляциям плача младенца мать способна узнать, чем вызвано неудовольствие и что следует предпринять для его устранения.
Однако есть определенная категория детей, которые плачут преимущественно в ночное время, закатывают так называемые «ночные концерты». И тут уж никакие проверенные средства (пустышка, кормление, водичка, укачивание, теплые пеленки на животик и т. п.) не помогают. Рев не затихает несколько часов кряду, а попытки уложить ребенка в кроватку и оставить одного вызывают прямо-таки оглушительный вой или верещание.
Почему же младенцы, пристойно ведущие себя днем, становятся несносными крикунами по ночам?
Прежде всего, здесь есть определенный психологический момент. Ребенок плачет примерно с одинаковой громкостью в любое время суток. Но ночью, когда стихают привычные шумы от движущегося транспорта, разговоров, работающих приборов, шагов, свистов, скрипов, музыки, любой звук воспринимается как очень ясный и отчетливый. Мы слышим, как грохает дверца лифта, как мяукают под окном коты или соседи заводят музыку. Эти звуки кажутся нам почти оглушитель-
ными по контрасту с ночной тишиной, хотя днем мы, скорее всего, не обратили бы на них внимания. Даже если люди работают или развлекаются в позднее время, то они вынуждены считаться с интересами окружающих.
Младенец пока что не знаком с социальными нормами. И ест, и спит он приблизительно через равные промежутки времени, лишь постепенно привыкая к более продолжительному промежутку между последним ночным и первым утренним кормлением. Полуночные пробуждения — дело вполне для него обычное. Но если утомленные за день родители не сразу угадывают, что нужно их малышу (укрыть потеплее или раскутать, отогнать назойливое насекомое и побаюкать, предложить бутылочку с водой или пустышку, помочь занять более удобное положение), то в плаче появляются более требовательные, обиженные нотки. А неудачная вторая попытка вызывает уже настоящий крик.
Все было бы просто, если бы не все те же социальные нормы и условности. Занимаются плачущими малышами по ночам обычно мамы, реже бабушки, еще реже дедушки и, наконец, отцы. Прочие члены семьи к этому делу не допускаются, а точнее, избавлены от этой обязанности. Даже в приведенном в начале параграфа примере видно, что мать испытывает чувство неловкости за беспокойства, причиняемые ее ребенком другим членам семьи. Нередко неудовольствие открыто выражается супругом в демонстративных формах, например развороте к стене, накрывании головы подушкой, резком требовании немедленно успокоить ребенка и даже в бегстве в другое помещение. Чувства неловкости, вины и обиды так тесно переплетаются в сознании молодой матери, что она может невольно вымещать свою обиду на малыше, начиная шикать на него, изменяя ритм покачиваний, корректируя интонации своего голоса. Результатом этих перемен становится затяжной обиженный плач маленького сына или дочери.
Если большую часть дня ребенок пребывает в относительном спокойствии и уединении вдвоем с матерью, то еще одной причиной ночных концертов может явиться нарождающаяся у младенца потребность в общении. Вечером, когда все собираются дома, ребенку уделяется гораздо больше внимания: с ним разговаривают, по очереди берут на руки, в семье царит общее оживление. Многие малыши своеобразно реагируют на эту ситуацию. После очередного вечернего кормления они подолгу «гуляют», то есть у них наступает продолжительный период бодрствования. Ребенок может настолько разгуляться, что уложить его в одиннадцать, двенадцать и даже час ночи бывает довольно трудно. Взрослые начинают проявлять нетерпение, а перевозбужденный карапуз закатывает истерику. Образовавшийся дефицит сна ребенок восполняет утром, когда работающие члены семьи разбегутся по своим делам. Об окружающих он еще думать не научился.
Обычно такая ситуация складывается, когда малышу исполняется 2,5—3 месяца и в его психике закладываются первые социальные элементы, в частности появляется комплекс оживления (положительная эмоциональная реакция на общение и взаимодействие со взрослыми членами семьи). Позже она менее типична. Появление же регулярных ночных концертов в более раннем возрасте чаще всего служит признаком какого-либо недомогания.
Существует две прямо противоположные точки зрения на правильное реагирование взрослых на подобные ситуации. Одна из них заключается в том, что плачущего младенца нужно как можно скорее успокоить любыми доступными средствами. Другая требует от родителей недюжинной выдержки и терпения, поскольку предполагает необходимость дать понять ребенку, что заниматься с ним в неурочное ночное время никто не будет. Малышу предоставляют возможность поплакать час, два, если необходимо — две-три ночи, даже неделю, пока он не поймет, что своим криком он ничего не добьется.
Родители сами вправе выбирать любую из этих тактик или комбинировать их в любой пропорции, например ждать 15 минут в надежде, что ребенок успокоится сам, а уж потом действовать или поступать как-то иначе. Но, сделав свой выбор, следует строго придерживаться данной тактики поведения, иначе, как всякое высокоразумное существо, ребенок начнет использовать свой плач в манипулятивных целях. Тогда первые месяцы отцовства и материнства действительно не покажутся родителям малыша медом, а будут вспоминаться как сплошной кошмар.
Первый год жизни Маленькие крикуны Ночные концерты Купание со слезами Как уложить их спать? На новом месте Недомогания Этот несносный ребенок
Психология насилия
